Казахстан собирается повысить утильсбор на автомобили из России и Белоруссии, о чем стало известно "Автостат Инфо" из сообщения агентства "Интерфакс". И это не ради фискального эффекта, а ради передела конкурентного поля.
Проект еще не подписан, но его логика уже ясна: для машин из РФ и РБ предлагается ввести отдельный повышающий коэффициент 2, тогда как для автомобилей казахстанской сборки и импорта из стран вне ЕАЭС, а также из Армении и Кыргызстана, сохраняется прежний коэффициент 1. Министр промышленности Казахстан прямо назвал меру зеркальной и объяснил ее необходимость защитой внутреннего автопрома. Отметим, что при этом сам казахстанский рынок сейчас находится не в кризисе, а в фазе роста. В 2025 году продажи новых легковых и коммерческих автомобилей выросли в стране на 14,4% до 234 852 ед., а производство всех типов техники увеличилось на 17,8% до 171 144 ед.
Главный эффект от такой меры для российских машин понятен: они рискуют потерять единственное по-настоящему сильное оружие на казахстанском рынке — свою цену. Для самых массовых легковушек с мотором 1,0–2,0 литра действующий утильсбор в Казахстане сейчас считается по коэффициенту 3,5, а для машин из России и Беларуси предлагается коэффициент 136. При базовой ставке 50 МРП и МРП 2026 года в 4,325 тенге это означает скачок платежа примерно с 756 875 до 29 410 000 тенге, то есть почти на 28,7 млн тенге только по линии утильсбора. Для моделей вроде Lada Granta или Lada Niva это не просто удорожание, а фактическое разрушение ценовой логики продукта: машина из доступной превращается в экономически бессмысленную. Поэтому министр и говорит, что резкого всплеска цен на всем рынке не будет. Очевидно, что речь идет не о подорожании всех автомобилей, а о точечном выдавливании российского предложения из тех сегментов, где оно еще сохраняло шанс за счет стоимости входа.
По словам министра, доля российского автоимпорта на рынке страны составляет около 3,7%, а по данным казахстанской статистики за 11 месяцев 2025 года доля России в импорте легковых автомобилей составила 2,4%, хотя за год поставки из РФ выросли в 2,5 раза. Но именно этот сегмент и был неудобен для местной промышленной политики: он рос, не создавая дополнительной локализации внутри Казахстана. После повышения утильсбора высвободившийся спрос уйдет в две уже готовые зоны замещения — в казахстанскую сборку и в китайские бренды. И это очень показательно: на рынке Казахстана Hyundai продал в 2025 году 50 868 машин, Chevrolet — 38 880 ед., Kia — 23 402 шт., а доля китайских марок достигла 39%.
Казахстан не ключевой экспортный рынок по деньгам для российского автопрома, и даже продажи Lada там в 2025 году составили лишь около 2,8 тыс. машин. Но проблема в то, что еще один рынок внутри ЕАЭС перестает быть «своим» и начинает работать как рынок с национальным промышленным фильтром. Причем движение идет в обе стороны: Россия с 1 апреля 2026 года сама меняет механизм расчета утильсбора для машин, ввозимых из ЕАЭС, чтобы убрать выгоду от разницы внутренних пошлин и фактически выровнять расчет по российской таможенной логике. А это значит, что внутри ЕАЭС начинается обмен заградительными инструментами.